Ваш браузер устарел. Рекомендуем обновить его до последней версии.

                                                                                                                                                                 Юдина Т.П.

История Детско-Взрослой академии

с 1997 по 2004 годы

Это история Детско-взрослой академии, созданной в 1997 году на базе УВК «Измайлово» № 1811.


    Говорят, что идея ДВА витала в воздухе, но именно в «Измайлово» начала реализовываться систематически. Вроде бы, еще до 1997 года проводилось несколько сессий академии в Проектном колледже. Но нам про это мало что известно. Знатоки утверждают, что сам термин «Детско-взрослая академия» был придуман В.А.Жегалиным.
    Я не ставлю перед собой цель вспомнить все восемнадцать сессий. Я вряд ли смогу вспомнить все тексты, фильмы , спектакли, которые обсуждались в рамках ДВА. И уже, конечно, не вспомнить всех участников академии. Но можно попробовать восстановить идею создания ДВА, как я ее понимаю, разные содержательные и организационные метаморфозы, которые с нами случались, наконец, некоторые традиции «дэвэашной» жизни.

1. Отцы-основатели.

    Итак, 1997 году группа инициативных педагогов из разных регионов страны (Москва, Ярославль, Зеленоград) решила, что образования, получаемого учеником в школе недостаточно. Дело не в знаниях или способностях, а в том, что становлению личности, включению ее в проблемные области современной жизни на уроках почти нет места, не говоря уже о создании ситуаций, в которых ученик должен был бы самоопределяться. Короче говоря, современная школа почти не занимается мировоззрением своих воспитанников. Да и возможность реализовать собственные интересы появляется редко, опять-таки из-за учебных программ, из-за перегруженности учебного дня школьника. Поэтому педагоги решили создать оригинальную форму дополнительного образования, которая специально бы восполняла эти пустоты. Так возникла Детско-взрослая академия.
    Она создавалась как своеобразное клубное пространство, где и взрослые и дети на равных обсуждают проблемы современной культурной и духовной жизни. Равенство здесь понимается, как необходимость честного и открытого включения в работу, публичного самоопределения, а также совместного поиска ответов на возникающие вопросы. На Детско-взрослой академии никто не знает как правильно, но каждый определяет для себя как должно. Взрослые, вполне определившиеся в жизни, имеющие в жизни твердые ценностные основания, каждый раз заново осмысляют и предъявляют их своим ученикам, которым предстоит еще ценностный багаж сформировать. Это ли не диалог поколений?
Устройство или организационная конструкция ДВА возникла на самой первой сессии и затем уже воспроизводилась почти всегда. Три кита ДВА:
- образовательная игра, построенная по принципам оргдеятельностных игр (Г.Щедровицкого);
- мастерские, где и у детей и у взрослых была возможность попробовать реализовать свой замысел, осуществить, так сказать, пробные действия;
- культурная программа. Сессии, как правило, проходили в культурно-исторических и духовных центрах, поэтому знакомство с местными достопримечательностями стало неотъемлемой частью ДВА.

    Ну вот, настало время назвать тех, кто стоял у истоков Детско-взрослой академии: Губановы Татьяна Михайловна и Андрей Юрьевич, Жегалин Владимир Александрович (светлая ему память) и Иванова Зинаида Тимофеевна, Назарова Ирина Геннадьевна, Ефремов Евгений Николаевич и, конечно, Александр Аронович Рывкин, ставший бессменным президентом ДВА.
    Первая сессия академии проводилась в г.Суздале летом 1997 года. Называлась она: "Мир, в котором нам предстоит жить, или как заглянуть в будущее...". Во главе угла был вопрос о ценности гуманитарного знания. Из рефлексии А.Ю.Губанова (руководителя игры): «Как передать нашим детям способность удивляться и радоваться невещественному миру Идей, власти Слова, величию Поступка. Естественные науки утвердили свое могущество в чудесах современной техники. А что заставляет людей из века в век размышлять и мучаться на такими, казалось бы, далекими от насущных нужд вопросами: что есть свобода? Почему зачастую в мире торжествует несправедливость? В чем смысл человеческой жизни? Что есть добро и зло? Что такое любовь? (…) Впрочем, гуманитарное знание становится практичным, если мы начинаем использовать его как средство работы со своим будущим…»
Работали над текстами: отрывок из романа Г.Гессе «Игра в бисер», отрывок из романа А. и Б. Стругацких «Отягощенные злом», П. Флоренский «Соль земли», О. Бальзак «Гобсек», детский фольклор (анекдот). На ДВА приехали школьники и педагоги из городов: Кемерово, Москва, Севастополь, Ярославль. И это стало традицией: приглашать на сессии всех, у кого есть интерес и желание включиться в работу.
Вторая сессия "Культура визуальных искусств" проходила зимой 1998 года в Москве. Мы смотрели два фильма: С.Соловьева «Сто дней после детства», Б.Лурмана «Ромео и Джульетта». Кино и видеофильмы в жизни современного человека занимают, как правило, значительную часть. Но что происходит с нами, когда мы смотрим кино, умеем ли мы смотреть и понимать фильмы? Что мы знаем про монтаж? Какими приемами создается представление о герое, о событии? Эти и подобные вопросы задавали себе участники второй сессии. И, возможно, трудно было бы ответить, если бы не эксперты-профессионалы. А обращение к экспертным оценкам стало еще одной неотъемлемой частью ДВА.
    Вторая сессия запомнилась еще очень яркими мастерскими. Участникам была предоставлена возможность самостоятельных попыток съёмки небольших видеофильмов (сценарий, режиссура, актёрские репетиции, работа операторов, монтаж). В результате в архиве школы хранится несколько фильмов, созданных участниками ДВА. А, забегая немного вперед, скажу, что на 17 сессии ДВА, зимой 2004 года уже новое поколение «дэвэашников» обсуждали эти видеоработы.
Была еще одна идея – приглашать на сессии «замечательных людей», тех кто смог себя реализовать, кто прожил яркую жизнь, кто, не смотря на все обстоятельства, смог построить свою жизнь неординарно, кому есть чем поделиться, что рассказать школьникам. Пока эту идею нам не удается реализовывать регулярно. А тогда, в 1997 году, нам рассказывал о своем жизненном пути Побиск Георгиевич Кузнецов (светлая ему память). На его долю выпало не мало испытаний. Сын военного, он накануне Великой Отечественной Войны поступает в танковое училище. Когда начинаются военные действия, Побиска Георгиевича направляют на фронт. И там, в перерывах между боями, молодой лейтенант впервые понимает, что воюют-то между собой две социалистические партии – фашисты и коммунисты. После ранения в руку, его коммисовали. И тут Побиск Георгиевич делает для себя еще одно открытие: ему еще нет и двадцати, а он умеет только убивать. Потом учеба в МГУ, ГУЛАГ, «психушка» и т.д. Но рассказывая про свою жизнь Побиск Георгиевич каждый раз делился своими открытиями, по сути показывая пример выживания в способности размышлять, понимать, учиться.

 

2. «Мы пойдем другим путем…» Придумай название!

    Здесь наша история о ДВА должна некоторым образом приостановиться. Сделаем небольшое отступление. Осмысляя с высоты сегодняшнего дня все коллизии, происходившие с ДВА, я вдруг увидела какую-то особую логику в развитии академии.
Во-первых, и я заявляю это смело, академия – живой организм. ДВА живет идеями, делами, способностями и талантами тех людей, которые, ее организуют.
Во-вторых, ДВА развивается. Академия, и ее обитатели учатся, и все, что происходит с ними на сессиях, становится основой для дальнейшей жизни.
    В-третьих, каждая следующая академия – это шанс для любого, кто хотел бы заявить или реализовать что-то новое в сфере образования.

    Итак, мы продолжаем рассказ об истории ДВА. Может быть, удастся прояснить вышеперечисленные пункты.
    Напомним, что одним из «отцов основателей» академии был В.А. Жегалин. И у него возникла идея обсуждать с детьми не только гуманитарные проблемы, но и научные. Владимиру Александровичу было интересно воспроизводить те мыслительные ходы, которые осуществляли когда-то ученые и философы, создавать культурные образцы мышления и деятельности. Этому то и были посвящены несколько сессий ДВА.
    Третья сессия Детско-взрослой академии состоялась летом 1998 года на Рубском озере Ивановской области. Это был уже не клуб, а рабочая команда, где у каждого была своя зона ответственности. Владимир Александрович обозначил контур проблемного поля: школа передает знания, а должна передавать образцы мышления и деятельности. И взрослое население академии, используя весь свой педагогический арсенал, совместно с младшими академиками пытались понять, как должны быть устроены подобные образцы. В результате родилась ролевая игра «Средневековый город» по истории, была осуществлена попытка переписать учебник по математике.
    На Рубском озере произошло важное, даже знаменательное событие для академии, хотя оно было не очень заметно, явлено, афишировано. Я имею ввиду, семинар для педагогов, который проводил Владимир Александрович. Он предложил младшим академикам совместно прочитать текст (какой уже не помню) и подумать над тем, как они понимают этот текст, т.е. не то, что поняли, а то, какие они осуществляют операции, чтобы понять. И, конечно, в ответ рассказал, как устроено его собственное понимание. А затем все взрослые долго обсуждали работу ребят и Владимира Александровича. Сегодня уже я думаю, что это была первая попытка обнаружить проблему «понимания-непонимания», первый выход на категорию «структура». В последствии эта методическая проблема выйдет перед «академиками» на первый план.
    Еще одним открытием этой сессии стало, то что, «магическое» для «академиков» действие, - рефлексия - может быть веселой и увлекательной, если она проводится в театральной форме.

 

3. Что наша жизнь? - Игра!

    Так в Академию ворвался театр «111». Четвертая сессия ДВА проходила в г.Владимир и на ней обсуждалась пьеса А.Слаповского «От красной крысы до зеленой звезды». Кульминацией обсуждения пьесы стал спектакль театра «111» режиссера А.В.Гребенкина.
    Что такое современная драматургия? Нужно ли читать пьесы? Что мы знаем про современные пьесы? Каков он, театр, сегодня и каким он должен быть? На эти и подобные вопросы приходилось отвечать академикам на той сессии.
Из рабочей команды мы плавно превратились в актеров-режиссеров-зрителей. Мы сами предлагали обстоятельства, сами их проживали и сами верили или не верили себе.

    Под знаком театра прошло потом еще много сессий. Как можно забыть «театр с конями, кино и немцев» по «Гамлету». Спектакль показывали ночью, в заброшенном храме при факелах и Гамлет приезжал на настоящем коне! А сколько киновариантов шекспировской пьесы тогда было привезено с собой, правда, как мне помнится, только взрослые их и смотрели. Ну а когда приехала какая-то немецкая делегация и стала расспрашивать на ломанном русском, что здесь происходит!!! Театр да и только! А зато, когда демонстрировались результаты работы мастерских, монолог Гамлета «Быть или не быть…» был прочитан три раза, ребятами из одной мастерской, и три раза он звучал по-особому. Каждый осмыслял этот отрывок по-своему и сумел донести свой смысл до зрителей.
    Летняя сессия 2000 года по «Снегурочке» Островского стала еще одним «рубежом» в истории ДВА. Как раз тогда, благодаря Владимиру Александровичу Жегалину, было очень точно обозначено «основное проблемное место» в работе детской (а отчасти и взрослой) аудитории над текстами. Младшие академики легко восстанавливали ход истории, последовательность действий, множество смыслов, но выделить содержательные части рассказываемой истории и понять суть отношений между ними, оказалось проблематично. Это открыло перед дэвэашниками новый фронт работы. Все последующие сессии были так или иначе посвящены пониманию, с помощью категории «структура».
    А еще эта сессия запомнилась своими фольклорными играми, хороводами и песнями… Впервые общежизненное пространство академии строилось специально и соотносилось с темой образовательной игры. До этого жизнь академии как бы условно делилась на игровые дни (плотность времени, интенсивность переживаний, динамика мировосприятия в игре отличаются от обычной жизни) и неигровые дни, т.е. дни, когда проходят экскурсии, мастерские, спортивно-оздоровительные мероприятия. На сессии по «Снегурочке» игра и «жизнь» переплелись. Фольклорный русско - народный элемент пьесы «обыгрывался» в хороводах и песнях.

 

4. Эпоха homo ludens

    Приблизительно в это время академией заинтересовался Е.Ф.Сабуров. И у него возникла идея написать специально для академии несколько образовательных пьес. Герои этих пьес играючи, обсуждали очень сложные и важные темы. А мы, вслед за героями, проигрывая их роли, пытались понять основы разных культур, увидеть их единство («Организация моря»); а также пробовали понять исторические метаморфозы, случившиеся в нашей стране в 20 веке (пьеса «Четыре на четыре»).
Благодаря Евгению Федоровичу академики вновь взглянули на себя по-другому. Теперь мы определяем себя как клубное производство, где игра является основным движущим мотором образования.
С легкой руки Евгения Федоровича академики попробовали прочитать главный текст – Библию. Эта идея давно посещала ДВА, но Сабуров смог нас убедить в том, что мы уже доросли до этого.
Здесь я должна сказать, что игры по Ветхому Завету, проведенные в 2002 – 2003 являются несомненным событием в жизни ДВА. Но в мою, столь «гладкую» периодизацию они пока не вписываются, или, стоят особняком. Я думаю тому, что в академии начались новые времена, мы во многом обязаны именно этим сессиям. То ли с академиками что-то произошло, то ли сам факт взятия такой вершины имеет огромное значение, но ДВА становится другая. В чем? Надо подумать…

 

5. Новые времена

    Писать историю всегда очень сложно. То, что было давно – стирается из памяти и очень сложно восстановить, то, что произошло недавно очень трудно осмыслить, квалифицировать, оценить.
    Я подхожу к концу своего рассказа. И для меня «новые времена» начались зимой 2004 года на 17-й Детско-взрослой академии. Свою периодизацию я строила из внутреннего ощущения того, что в разное время академия как бы увлекалась разным. Отчасти, это зависело от того, кто руководил сессиями или кто в них доминировал. Отчасти от того, как менялось содержание нашей работы или в какую проблемную область мы углублялись. Вначале это были мировоззренческие, гуманитарные проблемы, затем область научного знания, затем область современного искусства, после этого культурология, а также область духовного знания. И не смотря на то, что не прошло еще и года, и вроде бы еще свежи впечатления и воспоминания о двух последних сессиях (зимней и летней), мне очень сложно определить сейчас наше новое направление. Но можно с уверенностью сказать, что это уже новый этап в жизни ДВА. Видимо, как раз, поэтому и сложно определить его, слишком мало времени прошло. Но попробую сделать предположение.
    Пока мне видится, что академия, пройдя все предыдущие этапы, собрала в себе все, что было открыто, и готова работать в любом уже названном проблемном поле. Главное, чтобы был человек, готовый углубиться в это поле сам и повести за собой других.
    Так что же случилось на 17-й ДВА? Во-первых, количество взрослых и детей было практически равным. Во-вторых, на игре «проектировалось» будущее академии. В-третьих, у нас появился совет ДВА. И, в-четвертых, дети и взрослые поняли, почему им так нравится участвовать в академии. Из рефлексии И.Г. Назаровой (руководителя игры): «ДВА представляет собой общество, свободно объединяющихся людей для удовлетворения основной человеческой потребности – познания истины. Никакой внешней причины для её существования нет и быть не может. Соответственно, основной рабочий процесс в ДВА и есть процесс движения к истине. Обратите внимание, не приобретение знаний, не овладение техниками, не обучение! Хотя разные участники могут при этом ставить свои цели. Решили, что идея ДВА – обнаружение участниками своего «Я»: обнаружение, укрепление, становление, раскрытие, развитие, реализация. Специально привожу много глаголов, чтобы каждый выбрал для себя наиболее подходящий или подобрал свой, главное не быть массой, толпой. Основной результат ДВА состоит в увеличении социального капитала, приобретении участниками способности осуществлять культурную социализацию, умения строить социальные отношения в различных ситуациях, умения создавать социальные организованности под решение различных задач.

    А в тексте Платона меня поразило открытие того, что в процессе познания не два действующих субъекта: познающий и познаваемое, а три: есть ещё солнечный свет, который даёт зрение познающему и, освещая познаваемое, делает его видимым. (Я понимаю, что это символ, но мне близка точка зрения о том, что озарения, которые с нами случаются, требуют потом многолетнего осмысления.) И второе очень важное положение: ответственность за то, что признавать в качестве истины, в конечном итоге, несёшь ты сам. Путь к истине труден, и никто не может за тебя его пройти. Чтобы познать предметы в их истинном значении, ты не можешь только рассуждать о том, что ты видишь, но должен что-то делать с собой, чтобы выйти на свет из пещеры.»

    Ну, вот, я подхожу к концу истории… своей, а не истории ДВА. Наверняка, я что-то упустила, что-то недорассказала, что-то исказила, а что-то не поняла. Надо было бы еще рассказать про атмосферу «дэвэашной» жизни, опять-таки про выпускников, которые не забывают академию, возвращаются к нам (а ведь это тоже показатель!), про педагогов, которые сами себя называют «дэвэашными», про слезы, без которых, по-моему, не обошлась ни одна сессия (ах, как тяжело развиваться!), про «интеллектуальное удовольствие» рассказать поподробнее, описать его суть и т.д. Хорошо было бы рассказать больше про сессии, про участников старичков и новичков, про открытия и озарения…

 


 

Караваева О.Н.


Осмысляя пройденное

с 2006 по 2011 годы


    Уже шесть лет на летних сессиях Детско-взрослой академии «Окно в будущее» (далее ДВА) мы (методологи, учителя и ученики Центра Образования № 1811 «Измайлово», поэты и литературные критики) занимаемся пониманием поэтическихтекстов. В этой  статье мы задались целью осмыслить нашу работу. Это важно по разным причинам, одной из них является необходимость периодически отвечать на вопросы разных людей о том, не надоело ли нам из года в год заниматься одним и тем же, не пора ли сменить материал. Обращение к разным этапам нашей работы помогло нам самим увидеть и осознать пройденный путь.


2006 год
    Первую ДВА, посвященную поэзии, мы провели летом 2006 года. Е.Ф.Сабуров утверждал, что поэты не отражают, а творят жизнь, создавая в своих произведениях новые миры и язык для их описания. Овладевая массами, новый язык воплощается в жизнь и обновляет ее. Но новый язык труден для понимания. Посредником между поэтом-первопроходцем и читателем выступают поэты второй волны и литературная критика. При этом Евгений Федорович утверждал, что вершины русской поэзии начала 20 века не дошли до широкого читателя и к началу 21 . Он и предложил нам в качестве материала взять именно эту поэзию: стихотворения В.Хлебникова и А.Введенского. Но для того, чтобы понимать стихотворения этих поэтов, нужно было оснастить читателей какими-либо средствами. В качестве таких средств Сабуров предложил использовать формальные методы, в первую очередь ритмический анализ. Пришлось нашему игротехническому коллективу прорабатывать текст А.Белого «Ритм как диалектика» и учиться строить ритмическую кривую и интерпретировать ее.
    В течение 8 дней мы учились рисовать ритмические рисунки, фиксируя в них чередование ударных и безударных слогов. Эта первая ДВА по поэзии была драматичной. Оказалось, что очень сложно отказаться от привычного понимания стихотворений «душой». Многие участники не могли принять то, что поэзия предполагает строгую ритмическую организацию, в которой каждое слово имеет значение не само по себе, а в определенном месте под определенным ударением, что ритм стихотворения – это то, как дышал поэт, когда писал свои стихи. Например, в стихотворении «Море» Хлебникова считалочный ритм воздействует на нас сильнее лексического значения слов, вызывающего страх (ужас), придавая всему тексту совсем другое звучание, совсем другой оттенок. Мы считаем, что результатом чтения поэзии должна стать встреча души читателя с душой поэта, и диалог этих душ. Но между поэтом и читателем существует огромная дистанция, и именно формальные методы анализа позволяют ее преодолевать, потому что именно они заставляют читателя проникать в ткань стихотворения и двигаться навстречу автору, а не в произвольном направлении, задаваемом отдельными словами в стихотворении либо мыслями читающего. Пожалуй, самым важным итогом этой первой попытки работать с ритмом стихотворения стало то, что мы, чертя ритмические рисунки, подсчитывая коэффициенты, отражающие повторяемость по ритму строк в строфе, строя кривую и выделяя оппозиционные точки, которые показывают конфликт в стихотворении, анализируя рифму, повторы, поняли, что именно ритм стихотворения задает тот смысл на который мы, читатели, реагируем. Пришлось отказаться от попыток понимать стихи, учитывая только свой житейский опыт или ассоциации, часто не вполне культурные. То есть время, когда мы «понимали стихи только душой», для нас закончилось. В перерыве между академиями мы продолжали осваивать формальный анализ на образовательных сессиях, которые проводили в школе. Ритмические рисунки рисовали уже почти легко, выделяли оппозицию, но вот как только дело доходило до трактовок оппозиционных точек, работа начинала буксовать. Появилось ощущение, что одного ритмического анализа не достаточно для того, чтобы полностью войти в
мир стихотворения, понять, как он устроен и что в нем происходит.


2007 год
    Наверное, все, кто всерьез пытается понимать поэзию, и особенно современную, сталкиваются с проблемой контекста. Любое хорошее стихотворение не существует отдельно, само по себе, а
вступает в диалог со всей предшествующей поэзией. Поэтому вместе с Евгением Федоровичем тему этой академии мы сформулировали так: «Русская поэзия как  единый текст». А в качестве средств он предложил нам добавить к ритмическому анализу стихотворения лексический и грамматический. За основу были взяты работы Ю.М.Лотмана «Анализ поэтического текста» и М.Л. Гаспарова «Снова тучи надо мною… Методика анализа». А материалом, с которым нам предстояло работать на этой академии, стали стихотворения поэтов 19 и 20 веков: А.С.Пушкин «Пророк», Ф.И.Тютчев «Безумие», В.Хлебников «Одинокий лицедей». Эти стихотворения были объединены в сборник (пакет). И мы вновь погрузились в море поэзии. Теперь для большинства из нас было очевидным, что формальные методы анализа поэтического текста действительно являются надежным средством, применение которого сокращает путь между читателем и поэтом. Но этап овладения этими средствами был непрост. Мы с большим трудом, только изредка приносящим удовлетворение, пытались анализировать морфологический состав текста, взаимодействие частей речи в тексте; разбирая стихотворения по частям речи, пытались создавать тематические поля и ломали голову над тем, как они могут быть связаны. Важным предметом наших исследований стала и грамматическая организованность: строение предложений, порядок слов, пунктуация и многое другое. Мы учились складывать результаты, которые получали на разных уровнях формального анализа, в единое понимание стихотворения. Надо отметить, что попытки эти были еще очень робкими и часто надуманными. Пока результаты существовали отдельно друг от друга и не очень помогали выйти на целое, на мир стихотворения. Говоря о результатах, полученных на этой ДВА, можно отметить, что, с одной стороны, мы неплохо овладели формальными средствами анализа в отдельности, т.е. научились разбирать стихотворение на части, но, с другой стороны, эти разрозненные, пусть даже очень интересные находки не складывались в целое понимания. Хотя были и счастливые исключения.


2008 год
    В качестве материала Е.Ф.Сабуров предложил нам стихотворения современных поэтов. Читая и обсуждая произведения В.Коваля, С.Гандлевского, М.Айзенберга, Е.Сабурова, мы продолжали применять средства формального анализа, которые помогали нам углублять понимание специфики современной поэзии. В ходе этой работы мы с особым пристрастием фиксировали то, как дети читают и понимают произведения наших современников, как и в какой ситуации работает каждое из средств формального анализа. Надо справедливо отметить, что наше умение использовать формальные средства росло с каждым днем работы. А присутствие на пленарах самих поэтов (Е.Сабурова и М.Айзенберга), необыкновенно интересные и важные отношения и замечания, которые они строили к докладам всех групп, подтверждали то, что большинство из наших находок не только не противоречит миру стихотворения, но и является точным попаданием в него. Такая уникальная возможность рассказать, как мы понимаем стихотворение поэта самому поэту, делала нас более ответственными, внимательными и, в финале, очень счастливыми. Вспоминая сейчас ту ДВА, мы не перестаем завидовать самим себе!
    Говоря о важных результатах этой академии, невозможно не отметить  интереснейшую работу со звуком, которую проделала группа Югановой Ф.С. Евгений Федорович, не сдерживая своего восхищения, предложил эту экспериментальную работу «довести до ума», чтобы использовать ее как еще один вид формального анализа. Работу с фонетикой поэтического текста Фрида Семеновна со своими ребятами продолжила и на следующей академии. Говоря о том, как в 2008 году шла работа по освоению (присвоению) средств формального анализа, мы хотели бы отметить, что нам удалось не только корректно и грамотно применять их по отдельности, но и совершить много удачных попыток комплексного применения. Конечно, любые методы анализа имеют ограничения, конечно, для каждого стихотворения надо подобрать свои, именно ему соответствующие средства анализа. До сих пор мы продолжаем наращивать арсенал приемов и средств работы с поэтическими текстами. По опыту нашей работы Л.Б. Пироговой подготовлена методичка для игротехников и учителей.
    Но уже на этой академии Евгений Федорович и Михаил Натанович, обсуждая наработанное группами, продолжая работу по пониманию конкретных текстов, достаточно регулярно использовали стихотворения других авторов: показывали, как поэты разговаривают друг с другом своими произведениями. И тогда стихотворение, которое мы анализировали, становилось понятнее. Нам это было очень интересно, но возникало естественное ощущение невозможности такое повторить самим. Хотя некоторые подвижки в собственном развитии наметились. Мы уже научились объединять стихотворения по темам, например, и там, и там про смерть и одиночество, а дальше анализировать, как эти темы развиваются в разных произведениях. Наша «продвинутость» в области понимания поэзии как единого текста доставляла удовольствие, но в то же время оставалось очень сильное чувство собственного несовершенства. Мы понимали, что нам предстоит еще много работать для того, чтобы приобрести особый «слух», «поэтическое чувствование».

2009 год
21 июня, за несколько дней до начала очередной сессии ДВА, ушел из жизни Евгений Федорович Сабуров. Эту академию мы посвятили его памяти. Незадолго до своей кончины Евгений Федорович записал для нас 2 лекции о роли поэзии в истории развития человечества и собрал 8 пакетов, в которые вошли стихотворения поэтов 19, 20, 21 веков и с которыми нам предстояло работать. В своей лекции Евгений Федорович отметил, что применить все известные нам средства формального анализа – не значит понять стихотворение. Эти средства, конечно, необходимы. Но должен произойти переворот. Сабуров связывал этот переворот со смешным в стихах. Смешное рождается из-за всевозможных несоответствий: формы и «содержания», первого впечатления и «смысла», который обнаруживается в ходе дальнейшего анализа, лексические несоответствия и т.д. Вот эти самые «перевороты», эта «изнанка», возможность посмотреть на стихотворение иначе, стали основными моментами игры. Планка, которую поставил перед нами Сабуров, была очень высокой. Так было и прежде. Но тогда он был с нами, именно он задавал культурный контекст и уровень. Мы были защищены от опасности впасть в эйфорию от своих находок и выйти за рамки культурного поля. На этой ДВА роль экспертов блестяще исполнили М.Н.Айзенберг и В.С.Коваль, которые вслед за Сабуровым осуществляли наше просвещение и вместе с нами читали стихи. Работа на этой ДВА строилась так: сначала мы анализировали отдельныестихотворения, а потом пытались уловить переклички, которые между ними возникали. Особенно интересный разговор произошел о стихотворениях Л.Иоффе «О, дайте мне раздолье» и Е.Сабурова «Я снова равного ищу». Мы буквально услышали, как разговаривают поэты, стали участниками этого разговора. Неужели тот «слух»,которого нам так не хватало совсем недавно, начал развиваться! М.Н.Айзенберг еще
 больше поднял нашу самооценку, отметив в своих комментариях, что все наши находки действительно являются частями мира этих произведений. Конечно, со «смешным» в стихотворениях все было сложно. Уж очень это непросто – совершить переворот. Но очень важный опыт понимания, на стыке чего в поэзии может появляться «смешное», мы приобрели. А также поняли, что «смешное», о котором говорил Сабуров, какое-то не буквальное, привычное. Надо еще и чувство юмора развивать, чтобы адекватно реагировать на написанное поэтом.
    И все-таки для многих из нас главным чувством в эти дни было чувство потери. Нельзя сказать, что эту ДВА мы проводили без Евгения Федоровича. Мы слушали его лекцию, работали с его стихами, слушали стихи в его исполнении, с нами были его друзья, дочка, внучка… Но у нас не было возможности задать вопрос ему лично, а мы так к этому привыкли. У нас не было возможности услышать его интереснейшие комментарии, поднимающие огромные пласты литературы, истории, политики. И, наверное, поэтому то здесь, то там раздавалось: «Если бы он сейчас мог нас услышать, был бы рад». Так было легче. И в этих словах не было ни капли пафоса, фальши. Только благодарность и дань памяти человеку, поставившему нас на этот путь, поверившему, что мы справимся, и очень любившему нас.


2010 год
Тема: «Русская поэзия как единый текст». Несмотря на периодически возникающие трудности, ДВА уже доросла до уровня обобщений, видения поэтического творчества того или иного автора в контексте всей предшествующей литературы и, как следствие этого, более глубоких выводов и версий. Работа на этой академии отличалась широтой материала, предложенного М.Айзенбергом и Е.Сабуровым. 7 пакетов стихотворений! Стихотворения в каждом сборнике (пакете) объединены общей темой, похожи формой, имеют переклички. Нам нужно было, прочитав все пакеты, самим найти то общее, что легло в основание для создания каждого. Очень сложная и интересная работа разворачивалась на игре. Невозможным оказалось выделить один общий принцип объединения стихотворений. В одном пакете стихи были соединены как бы «центростремительно», где центр – это некое «тютчевское чувство».
1. Ф.Тютчев «Тени сизые смесились…»
2. М.Лермонтов «Когда волнуется желтеющая нива…»
3. В.Ходасевич «Элегия»
4. О.Мандельштам «Ветер нам утешенье принес…»
5. Л.Аронзон «Что явит тот, который брошен в небо?»
6. Д. Хармс «Подруга»
7. Н.Заболоцкий «На закате»
8. В.Гандельсман «Исчезновение»
9. О.Юрьев «Чтоб не слышна была тишина»
10. Ю.Гуголев «Полноте, батюшка…»

    Запускал работу с этим пакетом анализ стихотворения Ф.И.Тютчева «Тени сизые смесились». Применение формальных средств помогло сделать очень интересные находки: работая со знаками препинания (многоточие, восклицательный знак с многоточием, восклицательный знак в последней строчке), мы вышли на очень важные черты мира этого стихотворения. Создается мир, в котором человеку не удается слиться с сумраком, усмирить свои страсти и «вкусить уничтоженья».
    Другой пакет отличался противоположным предыдущему принципом соединения стихотворений. Тексты связаны по «смыслообразующей реминисценции». Стало очевидным, что в русской поэзии все ласточки из одного гнезда, но всегда любопытно следить, как они разлетаются в разные стороны.
1. Г. Державин «Ласточка»
2. А. Фет «Ласточки»
3. О. Мандельштам «Я слово позабыл…»
4. В. Ходасевич «Ласточки»
5. О. Юрьев «Ласточке»
6. Н. Заболоцкий «Ласточка»
7. А. Тарковский «Ласточки»
8. Е. Сабуров «Зачем же властвовать и задавать вопросы?»
9. А. Цветков «Зачем же ласточки старались?»


    Основная работа на этой сессии проводилась со стихотворениями, объединенными в эти два пакета. Но огромное удовольствие мы получили и от чтения произведений из других пакетов. Еще на одной из первых игр по поэзии Е.Ф. Сабуров говорил нам о том, что чтение поэзии – это одно из главных удовольствий, которое есть в жизни человека. Постепенно эти слова становятся понятными нам. Сейчас, когда использование формальных средств становится для нас только этапом, когда мы подбираем «ключи» (в каждом случае набор этот индивидуальный), помогающие войти в мир поэта, а не объектом главной работы, как это было на первых сессиях ДВА, мы действительно получаем огромное удовольствие, читая стихи, участвуя в разговоре поэтов разных веков. И еще! Теперь уже можно сказать с уверенностью: мы рассматриваем контекст как важнейшее и необходимое средство понимания стихотворений. Наш путь в мире поэзии – это результат огромного труда всех людей, которые в течение шести лет собираются каждое лето вместе, чтобы читать стихи.


2011 год
    Эта академия стала важнейшим шагом, развивающим и продолжающим всю работу по поэзии, которую мы проводили с 2006 года. Ее особенность заключалась в том, что мы не только работали со стихотворениями поэтов, но и сочиняли сами, мы пытались составить пакет на основе стихотворения А.С.Пушкина «Воспоминание» из предложенного ряда стихотворений, находя для этого внятные критерии. Запускалась вся работа тем, что нужно было вспомнить о поэтических организованностях на материале переводов стихотворения Гейне. Далее мы читали лимерики и пытались выделять те организованности, которые характерны для этого стихотворного жанра. А дальше пробовали их воспроизвести, сочинив собственный лимерик. Удовольствие, которое получили все на этом этапе работы, невозможно сравнить ни с чем. Ведь сами сочиняли, а потом еще и читали полученное друг другу, отслеживая, удалось ли сохранить все жанровые особенности, веселясь и наслаждаясь получившимся. Сейчас мы собираем весь материал по лимерикам, чтобы издать свою книгу, в которую войдут сочиненные нами тексты, наши впечатления и сведения об истории этого жанра и ее создателе, Э.Лире.
    Потом все группы анализировали стихотворение А С Пушкина «Воспоминание», которое позже стало основным для создания пакета. Последовательность нашего движения, а иногда и содержание на этой игре принципиально отличались от всех предыдущих. Не было уже собранного поэтами пакета. Мы его должны были собирать сами. Основанием для этой сборки стали особенности, которые мы заметили у Пушкина: лирический герой выделяющийся, рефлектирующий, остро чувствующий, способный взглянуть на себя, свою жизнь со стороны, принять себя, сложного, противоречивого; присутствие в стихотворении воспоминания как «зеркала», в которое «смотрится» лирический герой; ритмическая организация стихотворения (выделение 11 строки, в которой и появляется «воспоминание», выделение четвертого четверостишья, в котором и происходит самое главное), морфология стихотворения (глаголы, местоимение «я»…) и многое другое. Все эти особенности и стали теми смысловыми точками, которые мы обнаружили в стихотворениях других поэтов и которые получили там свое развитие.
Нам действительно удалось найти переклички со стихотворениями В.Ходасевича «Перед зеркалом», С.Гандлевского «Баратынский, Вяземский, Фет и проч.», Е.Сабурова «Утомителен волшебный океан…», В.Коваля «Тот который». Наше понимание оформлялось и с помощью стихотворений А.Блока, М.Лермонтова, отсылок к «Божественной комедии» Данте. Вот он, контекст как средство понимания,в действии!
    Самой большой проблемой на этой ДВА стала необходимость так оформить свои основания для объединения стихотворений в пакет, чтобы они (основания) стали очевидны для всех слушателей и не казались надуманными. Мы зафиксировали, что нормы финальных презентаций работы, в которых собираются основные находки, должны как-то регламентироваться. Понятно, что об этом надо думать и разрабатывать к следующей ДВА требования к финальному докладу, тем более, что в этом году мы впервые проводили две параллельные игры и встречались все вместе
только на завершающих очередной этап работы пленарах.
    Подводя итог нашей попытке осмыслить шестилетний путь большого коллектива взрослых и детей, нам бы еще хотелось поделиться своим пониманием того, как влияет работа с поэтическими произведениями на жизнь, мировоззрение, способность самоопределяться каждого человека. Нам кажется необходимым здесь привести размышления бессменного руководителя и разработчика всех ДВА по поэзии Назаровой Ирины Геннадьевны. Во многом именно благодаря ее безграничной вере в нас, ее хорошему авантюризму и огромному интересу к русской поэзии и стало возможным в течение шести лет находить в себе силы и желание продолжать это движение. Эти размышления появились как результат осмысления лекций Е.Ф. Сабурова о поэзии. "Поэтическая речь наиболее организованная на разных уровнях речь. И многократное проживание этой организованности формирует организованность самого человека: организованность его мышления, его эмоциональной сферы, его души. Поэтическая речь, эта странная, непривычная для нас речь, и столкновение с этой речью, умение сориентироваться в ней, разобраться, найти смысл для себя – формирует очень важное качество личности – способность самоопределения в неопределенной ситуации. Стихотворение наиболее выразительно представляет попытки человека упорядочить и, тем самым, дает человеку наиболее богатый материал для формирования мировоззрения. Понимание поэзии не дает готовых ответов, но побуждает человека самостоятельно формировать свое отношение к миру и определять свое место в нем".
    Если попытаться обобщить все означенное выше, то можно сказать так: «Работая с поэзией коллективно, мы создаем пространство для формирования свободной жизнеспособной личности».